Историк политической жизни России М. К. Лемке еще до революции разложил Путилина по косточкам, и в процессе поэта Михайлова, и в деле Чернышевского - всюду виделся хитрый почерк Путилина, освоенный им в шерстобитовской школе. Об этом же говорил Путилину и сам сенатор Кони, бывший юристом кристальной совести:

- Иван Дмитриевич, когда ни послушаю вас о прежних старых и добрых временах, неизменно думаю - не лучше ли вам молчать о своих делишках, ибо порою мне кажется, вы до сей поры, уже в новом времени, не изменили привычкам младости.

- Знаю, знаю, - соглашался Путилин, - что наши похождения с Карпом Леонтьевичем не слишком-то пригодны для публикации, да ведь. Сколько лет прошло! А сейчас разве есть стуящие дела? Дрянь какая-то, народ нынеча жидко пляшет. И преступников-то хороших не стало. Сейчас, бывало, схватишь за цугундер вора на Лиговке, который в Любань был выслан, дашь по зубам, чтобы мамы с папой не забывал, а он - в слезы. Помилуйте, скулит, вконец обнищал в Любани, дозвольте в столице подкормиться. Ну, дашь такому недельный срок, чтобы поворовал да приоделся, - и обратно его в Любань!

Впрочем, никто и никогда не сомневался в том, что Путилин был великолепным сыщиком, а Кони считал его как бы созданным самой природой для такой деятельности. А. Ф. Кони писал о нем в 1907 году: "Необыкновенно тонкое внимание и чрезвычайная наблюдательность, в которой было какое-то особое чутье. соединялись в нем со спокойной сдержанностью, большим юмором и своеобразным лукавым добродушием. Умное лицо, обрамленное длинными густыми бакенбардами, проницательные карие глаза, мягкие манеры и малороссийский выговор были его характерными наружными признаками. Путилин умел отлично рассказывать, а еще лучше вызывать на разговор других." Согласитесь, что в этих строках Кони нарисовал облик идеального сыщика!